Уж не думала, что борю многие захотят увидеть. Я-то к "меньшинствам" спокойно отношусь. Но не все же такие. Тем более, что почти в каждом челнинце сидит пацан с понятиями, в которые не входит поход на концерты гомосексуалистов.

Ан нет. Народу пришло - шелуху от семечек некуда бросить. Разобрали даже "стоячие" места за 200 рублей. Боря привез с собой пол-взвода танцоров. И таких красавцев, что ди каприо, губин и рики мартин могут повеситься от зависти на одной осине. Везет же моисееву! да еще были "подпевалы", которые, впрочем, выступали и автономно, именуясь чуком и геком.

Охрана следила за моисеевым как за малым дитем. Даже "в народ" за ним ходила. Я уж думала, своих архаровцев привез, ан нет, наши работали - "герат". Кстати, с народом "щелкунчик" общался активно. Одного джентльмена с первого ряда на медленный танец вытащил, кому-то подмигивал, кому воздушные поцелуи слал.

Пел, конечно, под фонограмму. Потому что все время танцевал. Да еще в танцах на себе девушек таскал. Так что наряды его были насквозь мокрые. Говорят, за кулисами у него был сердечный приступ. Отпоили какими-то каплями, в зале никто ничего не заметил.

Все ждали, когда же боря поменяет свой костюм на платье. И дождались. Моисеев в шелковом платье-рубашке и пикантными разрезами вышел примой: в колготочках (интересно, какой размер носит?), сапожках лаковых... И сделал это. Снял платье и остался в купальнике навроде парадного гимнастического.

Потом поклонился залу. Задом. Я вам скажу, панорама была...

Цветов дарили почему-то немного. И когда под хиханьки зала букет боре вручил мужчина, тот принудил дарителя к поцелую в щеку. А еще моисеев говорил красивые слова:"вам должно быть все равно, какая у художника душа: в клетку, в полоску, голубая или розовая. Я никогда не был по жизни педерастом. Я - артист". Народу слова понравились. И быть терпимыми, по-моему, им понравилось тоже.

Ася кукуева.