- Веришь, я и не мечтал о такой карьере. Толкать меня наверх было некому. Я из крестьянской семьи, отец мой из станицы шкуринской, которая после очередного территориального передела отошла к ку-щевсквму району. В те времена, чтобы тебя заметили, надо было лишь одно - хорошо работать, стараться. Деловые, а не какие-то иные качества ценились прежде всего. Что такое блат, тогда еще не знали, - скажет однажды автору этих строк иван тимофеевич с легкой грустинкой в голосе. Кажется, я поняла, в чем его грусть-печаль.

Хорошо работать его научили еще в детстве. Страна жила очень тяжело, село было нищим, поскольку люди вкалывали за трудодни, то есть за палочки. Кормили руки да приусадебный участок. Трудовую биографию будущий академик начинал прицепщиком на колхозном тракторе. Мелитопольский институт механизации сельского хозяйства иван тимофеевич закончил уже после войны. Целеустремленного, толкового специалиста заметили быстро. Главный инженер, директор машинно-тракторной станции - первые руководящие должности трубилина. И вдруг грянула очередная новация, коими богаты были 50 - 60-е годы для сельского хозяйства: от мтс надумали отказаться. - Напрасно это сделали. Мтс давали возможность для маневра сельхозтехникой. А когда их упразднили, каждое хозяйство должно было покупать себе тракторы, комбайны. Ошибочное, поспешное было решение, - скажет спустя сорок лет иван тимофеевич так, словно совсем недавно это случилось и ему все еще больно от обернувшейся бедой новации. Но что случилось - то случилось. После упразднения мтс иван тимофеевич руководил колхозом "заря" гульке-вичского района, а через три года был выдвинут на должность второго секретаря рк кпсс. Селяне не хотели расставаться со своим энергичным председателем. Но воля партийной инстанции была законом, народу это и попытались объяснить на собрании колхозников, представив кандидатуру нового председателя. Ошарашенные таким "вмешательством" люди взорвались и доказали, что они не пешки, что свое мнение могут отстоять. Бурное собрание шло до пяти часов утра. О том, какие слова найдут простые, малограмотные люди о своем председателе, иван тимофеевич узнает позже. В пять часов утра ему позвонили домой и сообщили, что колхозники его не отпускают.

Как быть? трубилин уже был избран секретарем гуль-кевичского рк кпсс. Идти против воли народа партийные чиновники не посмели и приняли соломоново решение: год иван тимофеевич трубилин совмещал две должности -председателя колхоза и второго секретаря райкома. Случай по тем временам уникальный. Если бы в россии была своя книга рекордов, этот уникальный случай в нее наверняка попал бы. Трубилин был еще совсем молодым руководителем, ему многому предстояло научиться, и, наверное, люди это понимали. Но чувство родства, душевность и дерзкий азарт, одержимость, искренность они почувствовали безошибочно. Он умел так подбодрить, что стыдно было не смочь, не соответствовать, не справиться, не сладить с ленью или трудностями. Ему так нравилось работать в колхозе, что он думал остаться здесь на всю жизнь. "И, честное слово, не пожалел бы!" через год второго секретаря райкома партии колхозники все же отпустили: понимали, что значит совмещать две такие нервотрепные должности. Но иван тимофеевич сердцем так прикипел к людям, что еще долго помогал хозяйству. Гордится, что "заря" и по сей день одно из лучших акционерных обществ края. 31 год иван тимофеевич трубилин стал председателем краснодарского крайисполкома. Он так рассказывает об этом:

- в 1962 году вызвал меня к себе воробьев, первый секретарь крайкома партии, и предложил этот пост. Я отказался. Через четыре месяца он вновь меня позвал. И едва я успел переступить порог, спросил меня: "у тебя что, нет костюма получше?". Воробьев вручил мне пакет и сказал, что я должен поехать в москву для утверждения на должность председателя крайисполкома. Я понял, что моя судьба решена и теперь уже моего согласия никто не спрашивает. Самый молодой в стране председатель регионального исполкома авторитет завоевал молниеносно. Умный, точно чувствовавший проблемы, хорошо разбиравшийся в людях и не демонстрировавший своего превосходства, не важничавший, он вызывал какое-то особое доверие. И у председателей колхоза, и у руководителей районов. В москве его, что называется, взяли на заметку, включили в резерв. И не случись в середине 60-х заговора против н. Хрущева, быть бы трубилину непременно на вершине политического олимпа страны. О событиях тех лет иван тимофеевич вспоминать не любит. Он никогда, ни в одном интервью, выступлении не касался этой больной темы. И впервые сделал исключение для нашей газеты. - В конце 64-го мне позвонил первый секретарь крайкома партии воробьев. Сказал, что хрущев едет отдыхать в пицунду и по сложившейся тогда традиции нам его надо встретить в крыловской. Хрущев любил ездить на поезде, делал остановки на границах областей, краев, встречался с руководителями. И мы отправились в крыловскую. Сначала он принял ростовчан, а когда те вышли из вагона никиты сергеевича, пригласил нас. Мы доехали с ним в поезде до кропоткина. Хрущев обсуждал с нами свою идею создания трестов по различным перерабатывающим отраслям - свин-прома, сахпро-ма и так далее. Говорили долго, пили чай. Вместе с хрущевым на отдых в пицунду ехали его зять аджубей и внук. Никита сергеевич жил планами - грандиозными, реформаторскими и, судя по всему, о сгустившихся над ним тучах не догадывался. А вскоре мы с воробьевым выехали в пицунду по приглашению хрущева. Долго думали, какой ему привезти подарок. И вспомнили, что он восхищался гигантскими кубинскими индюками. А у нас на кубани таких индюков уже выращивали. Вот мы и решили удивить хрущева, отправили ему самолетом откормленного индюка. Груз встретили в сочинском аэропорту и доставили на дачу хрущева в пицунде.

О заговоре против никиты сергеевича я, разумеется, ничего не знал. Когда мы приехали к хрущеву в пицунду, нас как-то очень пристально, придирчиво осматривала охрана. Не так, как обычно. Меня это насторожило, я подумал тогда: "что-то не то". На даче в пицунде были микоян и лебедев, секретарь хрущева. Мы пообедали, долго беседовали, лебедев зачитывал письма никите сергеевичу, в которых люди благодарили его за реабилитацию жертв сталинского террора. Хрущев был очень доволен. На следующий день вернувшийся из москвы председатель сочинского горисполкома меду-нов пригласил к себе на обед воробьева и трубилина. Здесь иван тимофеевич узнал о том, что хрущева отзывают из отпуска в москву, где на следующий день никита сергеевич "попросится" в отставку. Спустя десятилетия сын хрущева в своих воспоминаниях расскажет о том, что среди заговорщиков были воробьев и трубилин. Иван тимофеевич, имя которого в начале перестройки замелькало в публикациях, посвященных хрущеву, пережил .Это тяжело. Не опровергал, не делал заявлений, не писал гневных писем. Молчал, не удостаивал вниманием бойких авторов. "Не был, поверь, хорошо это знаем, трубилин посвящен в тот заговор. Воробьев и игнатов не стали втягивать в него молодого, подававшего большие надежды руководителя", - говорили мне старые партийные работники. То же доказывал и ушедший недавно из жизни сын н. Игнатова лев николаевич: "нет, его не посвящали. Может, потому что боялись, а может, просто пощадили".

Но, пожалуй, именно эта история, а также последовавшие за ней интриги так потрясли искреннего, совестливого молодого руководителя, что он совершенно иными глазами посмотрел на окружавших его соратников. Сын крестьянина обожествлял руководителей высокого ранга, он представлял их высокообразованными людьми, неустанно пекущимися исключительно о благе народа. Ошибся... После отставки хрущева вновь начались крутые перемены. Объединились сельские и промышленные исполкомы. Трубилину, к тому времени председателю сельского крайисполкома, предложили должность замминистра сельского хозяйства ссср. Но он не соблазнился. Иван тимофеевич уже понимал, что такое москва с ее интригами, подставками и перетрясками кадров, и звездному карьерному взлету предпочел скромную должность начальника управления сельского хозяйства крайисполкома. Но работать согласно линии партии, жить чужим умом и поддакивать очередным непродуманным новациям больше не мог. Вскоре он стал ректором кубанского сельхозинститута. Ученый мир, такой непростой (ведь каждый сам по себе исключительная личность), оказался ближе, чище, понятнее человеку от земли. Крепкого по характеру, волевого, открытого, ивана тимофеевича трубилина приняли необычайно радушно. Его высочайший авторитет обернулся благом для вуза. Сегодня агроуниверситет -это город с подсобным хозяйством, жилым микрорайоном, такими современными, уютными, ладными корпусами, парками, словно это не россия, а германия. Агроуниверситет -это три института. Кому, как не трубилину, удалось бы построить семь учебных корпусов, две тысячи квартир для преподавателей, общежития, лечебный корпус, новые здания института прикладной экологии... - А вот здесь стояли бараки, в которых жили 120 семей. Жители все как один отказывались голосовать. Тогда ведь это было такое чп! и мы за счет средств института построили всем жильцам бараков квартиры.

Скажите, где еще закладывают новые дома, если очереди на квартиры почти нет? в каком еще вузе, стыдясь за ничтожную преподавательскую зарплату, определенную государством, за счет внебюджетных средств доплачивают каждому - от декана до технического служащего - 100-процентную надбавку? иван тимофеевич - из тех руководителей, кто понимает: никакие высокие идеи не могут оправдать пренебрежение интересами человека-труженика, будь то аспирант или академик с мировым именем. То, что называется социальной политикой, во все времена, на всех должностях определяло деятельность трубилина. И детский сад для студенческих семей, и роскошную базу отдыха в кринице, и профилакторий, и квартиры каждому аспиранту -все это были идеи ректора, поддержанные его коллегами. Но мало предложить, надо еще суметь в наше время заработать на все это деньги. Заработали. Иван тимофеевич трубилин получил звание героя социалистического труда последним в ссср. Последним из могикан его называют друзья. Но как же много сделал он для сегодняшней россии! татьяна василевская фото ивана журавлева.