"Никогда еще кино не было так близко к жизни" - звучал анонс к отечественному сериалу "бандитский петербург", который сейчас повторяется по многочисленным заявкам телезрителей. Недавняя встреча нашего корреспондента с автором литературного сценария фильма андреем константиновым объясняет причину ощущения реальности событий: кино так близко к жизни, потому что в основе его лежит сама жизнь...

Справка. Андрей дмитриевич баконин (константинов) - писатель, директор им же созданного в петербурге в 1998 году агентства журналистских расследований, автор ряда документально-публицистических и художественных произведений, ставших на сегодня бестселлерами - из серий "бандитский петербург", "коррумпированный петербург", "мошеннический петербург", "золотая пуля", "байки служивых людей" и др. Общий тираж этих книг перевалил за 12 млн экземпляров. Андрей баконин родился в 1963 году в поселке приволжский наримановского района астраханской области, но с детства живет в ленинграде. В 1980 году он поступил на восточный факультет ленинградского госуниверситета. В совершенстве владеет двумя языками семитской группы - арабским и ивритом, знает и европейские - английский, немецкий, немного французский. В качестве военного переводчика выполнял интернациональный долг в южном йемене и ливии. Из рук каддафи получил почетную награду - орден сентябрьской революции ii степени. В журналистике с 1991 года. С 1994 по 1996год - собственный корреспондент "комсомольской правды" по санкт-петербургу и северо-западному региону россии.

Военный переводчик.

- Андрей дмитриевич, вы прошли через "горячие" точки, а значит, на себе почувствовали все физические и психологические тяготы солдатской жизни. Или, может, переводчик находится в каких-то более щадящих условиях, чем простые солдаты? как вообще ваш брат еще в студенчестве попадал на войну?

- нас забирали на стажировку через министерство образования ссср. Это "по легенде", а на самом деле через десятое главное управление генштаба нас посылали оказывать интернациональную помощь развивающимся странам. Велась она тогда в двух направлениях: либо путем создания ограниченных контингентов наших вооруженных сил (как в афганистане), либо через военных советников, которые работали прямо в национальной армии некоторых арабских стран. При последних, соответственно были переводчики.

Я попал в парашютно-десантную бригаду специального назначения главного разведуправления генерального штаба министерства обороны народно-демократической республики йемен. Задача этой бригады состояла в борьбе с контрреволюцией, мятежами и бандитизмом.

Щадящие условия? да что вы! весь романтический ореол, которым мы, студенты, окружили сие благородное дело, слетел в первые же дни. Меня иногда спрашивают, что там было самое страшное, и сразу делают предположение: наверное, когда стреляют? совсем нет. Стрельбу воспринимаешь на каком-то перманентном стрессе. Гораздо страшнее, когда на две недели уходишь в рейд.

На третий день похода цепляешь вшей, на четвертый заканчивается вода, на пятый у тебя начинается пустынная лихорадка, на исходе недели обнаруживается дизентерия на фоне непроходящего поноса. А на десятый на тебе расползается форма, оттого что ты весь в песке, прилипшем намертво к коже, а она вся в сочащихся язвах. И тут ты уже не обнаруживаешь на себе былого слоя цивилизации, который считал довольно толстым, а он на поверку оказывался очень тонок. Человек превращается в скота, и не сразу доходит, что это - ты. Некоторые вещи и вовсе стыдно вспоминать. Например, как отбирали съестное у местных бедуинов...

- Еще что-то особенное запомнилось с тех времен на всю оставшуюся жизнь? - был отрезок времени, когда нас держали в помещении под охраной автоматчиков и запрещали всякие контакты с бригадой. А мне позарез надо было увидеться с однополчанином по важному делу. Вылез я незаметно через окно, сбегал на встречу. А на обратном пути у меня как будто с головой что-то не то случилось: я взял и пошел в "покои" через главный вход. Охрана видит, что я иду наверняка после контакта (а у нее приказ ни в коем случае их не допускать). Прохожу мимо (оружия с собой нет) и слышу, как за спиной передергивается затвор автомата. До нашей двери остается ровно тринадцать шагов. Я старался идти спокойно, но за эти несчастные полтора десятка шагов передо мной пролетела чуть ли не вся моя никчемная жизнь. Пока дошел, взмок - сухой нитки на мне не осталось. Охранники не выстрелили. Зато те тринадцать шагов мне до сих пор снятся.

- Сейчас, по прошествии стольких лет, как вам кажется: очень вы и другие ребята-интернационалисты были там нужны?

- конечно. По большому счету, таким путем наша немаленькая страна реализовывала свои геополитические интересы в тех регионах. Другое дело, что она никогда не умела любить своих солдат, каждого в отдельности, создавая им повсюду, куда посылала, человеческие условия существования. Вот мы, например, вернулись, и никто нас вообще не признавал воинами-интернационалистами (удивительно, но тогда наши ребята служили в 53 странах, а интернационалистами считали только "афганцев"!). А ведь психический слом был у всех.

- Как из этого состояния выходили лично вы?

- трудно. Два года сильно пил. Не получалось заснуть раздетым, боялся сидеть спиной к двери. Если не выпивал изрядного количества водки, не мог избавиться от страшных снов и воспоминаний. Но все же нам легче, чем "афганцам". Мы по возвращении домой "рассыпались" по союзу. А они все время кучкуются вместе и не могут "разморозиться", потому как постоянно стимулируют друг друга воспоминаниями о войне и ее ужасах и тем самым все время себя "накручивают". У меня же получилось так, что общение складывалось совсем с другими людьми, а у них были сугубо мирные, житейские интересы. Так было после йемена, так было и после ливии, где я прослужил три года в бенине и триполи. Потом мне до чертиков надоела работа за рубежом, которая уносит столько здоровья, и я приложил все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы вырваться из этого круга на "гражданку". Не стану вспоминать все "военно-морские истории" (излюбленное выражение журналиста и писателя константинова. - Е.М.), Которые предшествовали моему окончательному и бесповоротному "дембелю" и возвращению в любимый город на неве. Главное, получилось.

Журналист.

- А с чего вы вдруг решили пойти работать в газету? легко ли вас приняли в журналистскую братию?

- почему бы и нет? журналистика всегда была где-то рядом - почти на уровне подсознания я знал, что смогу. А приняли меня совсем не легко. Представьте, 1991 год, к вам в редакцию является только что досрочно уволившийся офицер, военный переводчик из десятого управления. Тепленький, только что из-за границы. И говорит: возьмите меня к себе на работу. В то время на меня смотрели, как на засланного казачка из кгб, направленного с целью развала демократической прессы в лице одной из самых ярких ее представительниц в питере - газеты "смена". Посмотрели - и биография-то доверия не вызывает.

Но на работу все же взяли - то ли чего-то побоялись, то ли любопытно стало, как я буду дело делать. Так я стал криминальным репортером - только эта тема оказалась "незакрытой" (и потом, не на политику же "вражеского лазутчика" брать!). Меня лично тема привлекла еще тем, что представляла собой непаханую целину, поскольку серьезно ею никто не занимался. А потому легко было быть "первым парнем на деревне" ("а в деревне один дом, в нем всего одна квартира, а в квартире один он", - напоминаю читателям цитируемый первоисточник. - Е.М.).

- НО ведь заниматься такой темой можно плодотворно, если "прихваты" в разных кругах имеешь. У вас с этим было как? и нравилось ли вообще писать о криминале?

- нормально. Во-первых, связи по линии спорта (я довольно долго серьезно занимался дзю-до и даже что-то там у себя в питере выигрывал). А спортсменам, как вы знаете, везде у нас дорога - в самые разные сферы, хочу я сказать. Во-вторых, из ребят-однокурсников многие пошли работать в правоохранительные органы. В-третьих, интернациональная "команда" распределилась: кто в милицию, кто наоборот. Короче говоря, связи у меня уже на тот момент были. Даже с бандитами - могут ведь оставаться просто человеческие отношения с бывшими одноклассниками или друзьями детства...

Что же касается самой темы, то криминал - королевский жанр. Детектив - это интрига, где задействованы чувства, страсти, привязанности, пороки, - все то, что составляет человеческое существо. Мне очень интересно этим заниматься.

- Скажите, а зачем понадобилось создавать агентство расследований - сначала в отдельно взятой питерской газете, потом при издательском доме, а чуть позже - само себе агентство?

- я считаю, что всеми происшествиями, которые могут вызвать резонанс у общественности или вообще повлиять на нашу жизнь, надо заниматься серьезно. Необходимо знать, из чего оно "выросло" и к чему может привести. На это надо время, люди (журналисты), а по большому счету - много информации, притом достоверной. Чтобы ею "разжиться", нужно расследование. Кстати, это не нами придуманный жанр. Им занимались марк твен и о'генри, пушкин и короленко, гиляровский. Общество хочет и имеет право знать правду обо всем, что в нем происходит. А мы должны ему в этом помочь - всеми существующими средствами. И поверьте, сделать это мы умеем неплохо: в штате агентства есть бывшие сотрудники правоохранительных органов.

- Чем вы тогда отличаетесь от милиции, например?

- задачи и цели у нас другие. Мы ведем расследование, и наша конечная цель - через газету проинформировать общественность. Все прочее - дело милиции и суда. А мы, кстати, заодно осветили и их работу...

Писатель и сценарист.

- Что и в какой момент сподвигло вас на крупные литературные формы? - вы имеете в виду, с чего это я писателем стал? это случилось еще до моего "погружения" в сми. Приехал в питер шведский журналист малкольм диксилиус и предложил мне поучаствовать в работе над фильмом "русская мафия" в качестве сопродюсера. Я согласился. Картина получилась удачной, ее посмотрела все западная европа. А малкольм обратился с новым предложением - вместе написать книгу под названием "преступный мир россии". Так что моя первая книга вышла на шведском языке. Писалась она в забавных условиях: на острове в швеции я лежал на диване и по памяти надиктовывал текст малкольму, а тот автоматически сразу по-шведски набирал на компьютере. (Вообще этому шведскому журналисту я очень благодарен: он возился со мной, как с младшим братишкой, и научил западному подходу к журналистике). Когда книга вышла в свет, я всем рассказывал, что не понимаю и не говорю на шведском языке, но пишу. Потом, после перевода моего первого опыта на русский, последовали заказы - уже от наших издателей.

- А как получилось с кино: вы пришли к киношникам или они пришли к вам? - знаете, у меня так счастливо сложилась писательская судьба, что я никогда ни к кому не ходил и ничего не предлагал. Это ко мне приходили, а потом еще поторапливали.

С кино было так. Еще когда я работал в "смене", ко мне в редакцию пришел режиссер валерий огородников. Ему понравились мои статьи, и он предложил написать киносценарий. Я честно признался, что никогда таким делом не занимался и не имею даже ни малейшего представления, с чего тут начинают.

Он настаивал, я отказывался. Препирались долго, и я сказал, что подумаю. Когда за ним закрылась дверь, я пребывал в уверенности, что это очередной ненормальный из числа непременных посетителей всех редакций. Но все же сходил посоветоваться в отдел культуры. Там мне говорят: это ты ненормальный, а он - автор известных фильмов, в частности "взломщика", лауреат венецианского кинофестиваля.

Мы снова встретились. Выяснилось, что огородников только что вернулся из германии, где работал с петером штайном, и привез много денег. Он положил передо мной на стол крупную сумму и сказал: "я тебя нанимаю". Мне деньги были как раз очень нужны, очень хотелось их взять. Некстати на ум пришла известная поговорка "лоха кинуть не западло", и я согласился. Начал тратить деньги и - как это говорят? - внезапно вспомнил, что я честный человек. И стал отрабатывать. Так появился "адвокат" (именно он был первым, а не "журналист", как в кино) и продолжения, изданные в виде книг. А вот кино огородникову не суждено было сделать, его снял владимир бортко.

- Деньги было трудно найти - это ведь дорогое удовольствие?..

- Все хорошее бывает случайно. Я зашел по делу в один банк к хорошему знакомому, бывшему начальнику уголовного розыска санкт-петербурга, а ныне вице-президенту по безопасности этого финансового учреждения. И тут выясняется, что их "главному" очень нравятся произведения "великого русского писателя" константинова. Тогда я говорю: "нравится, тогда пусть дает деньги на кино". И рассказываю, кто режиссер, какие будут сниматься актеры. Президент банка финансированием "важнейшего из искусств" никогда не занимался, но для нас сделал исключение, за что мы ему очень благодарны.

- Скажите, существуют ли реальная основа и прототипы событий и героев "бандитского петербурга"?

- безусловно. Но это как незакрепленная калька с рисунком - где сдвинулось, где-то повернулось. Кстати, абсолютных персонажей тоже нет. Так, чтобы "один к одному", нет ни людей, ни событий. На то оно и художественное произведение.

- Тогда я, пожалуй, догадываюсь, с кого писался образ журналиста обнорского с этим его востоковедческим образованием и военным прошлым в "горячих точках". А правда ли, что у вас снимались настоящие бандиты? откуда вы их брали, как договаривались?

- "мы с вами недолго знакомы, но я вас очень прошу, дайте мне, пожалуйста, схему аэропорта"... Ну не было у нас денег на аренду разных навороченных "мерсов" и джипов. Мы договаривались с "крутыми" - хотите, мол, ребята, посниматься в кино? они такие же любопытные люди, как простые граждане, им тоже интересно узнать, как устроено кино. Еще спросят: а будут ли симпатичные актрисы? отвечаешь - будут. "Тогда базара нет", - говорят они и приходят. Отказывались только серьезные авторитеты. Подозреваю, что им тоже хотелось поучаствовать, но по статусу нельзя, "неудобняк"...

- Вы, как один из авторов фильма, подбором актеров довольны?

- состав получился неожиданно звездным. Некоторые актеры соглашались сниматься не сразу и появились, когда мы уже подыскивали менее звездную замену. Джигарханян был приглашен после того, как на съемках умер от астмы исполнитель роли гургена, один хороший абхазский актер. С большим воодушевлением играли кирилл лавров и лев борисов. Последний вообще был очень благодарен за приглашение в картину и говорил: "андрюша, ты сделал мне подарок, о котором я никогда не забуду". Прекрасный актер, но, видимо, сейчас о нем нечасто вспоминают. Главные герои в исполнении домогарова и певцова хороши, конечно. Вот катерина мне виделась другой, вовсе не такой, как у ольги дроздовой. Однако самый подходящий вариант был невозможен, поскольку актриса n 1 для этой роли, к сожалению, умерла. Это была ирина метлицкая. А так все в общем хорошо. Многие проявили чудеса выносливости - часть зимних сцен, как в кино бывает, снимали летом, в жару, и актеры добросовестно "мерзли", а после драк с удовольствием утирали пот, струившийся со лба будто бы от огромных физических усилий.

- Как вы думаете, правоохранительные органы на вас не в обиде за благородных воров в законе, вроде барона, и продажных сотрудников милиции и прокуратуры, которые в кино тоже есть?

- а в жизни разве по-другому? это раньше - мне рассказывал писатель хрустецкий - приходилось все книги и сценарии утверждать по линии мвд. У вас, говорят, написано про следователя "толстый", а советские следователи все поджарые и стройные - исправьте. Или: у вас наши сотрудники встречаются с агентами в кафе "мороженое" и пьют шампанское. Непорядок. Давайте, пусть они выпьют по стакану лимонада "буратино" - так достовернее. И это на полном серьезе! не все у меня милиционеры, кстати, нехорошие. Есть честные - степа марков или его начальник кудасов (его играет актер сидихин). Сейчас идут съемки следующей части сериала, "мент", и они там - главные герои.

- Синдромов звездной болезни на себе не ощущаете?

- нам ли, великим русским писателям, ее бояться! а если серьезно, то я считаю, что звездная болезнь поражает людей, у которых плохо с чувством юмора. Хорошо с этим чувством у тех, кто не боится применить его по отношению к самому себе. Я отношусь к писателю константинову с иронией, потому что писателем себя не считаю. Я - рассказчик, но повествую в письменном виде. И только.

Евгения морозова.