А.Осюшкин.

Переступив порог войны.

Петр романович в кадровой армии служил в пехоте, занимал должность младшего командира и в тактике разбирался. В первую очередь он спросил:

- врачи есть? - таковых не оказалось. Фельдшера? - тоже нет. Кто хоть чуть знаком с медициной?

- я окончил фельдшерские курсы, - сознался долговязый боец.

- Два шага вперед.

- Будете исполнять обязанности лекпома!

боец нерешительно пожал плечами и произнес:

- хорошо.

- Не "хорошо", а как надо отвечать?

- не знаю, как надо отвечать, а раненым помогать согласен, - ответил с раздражением вновь назначеннный лекпом.

Петр романович оставил его в покое.

- У кого нет винтовки, два шага вперед! - скомандовал он.

И всем к удивлению, чеканя шаг, огромными сапогами, вышел вперед все тот же разоблачитель. У петра романовича зарябило в глазах:

- есть приказ за потерю личного оружия расстреливать на месте.

Это вам известно?

- да, - смело ответил разоблачитель.

- Где ваше личное оружие?

разоблачитель вынул из кармана новешенькую кобуру с пистолетом.

Петр романович хмыкнул, соображая, какой оборот придать этому делу?

- бойцу пехоты положена винтовка. Ясно?

- ясно, - согласился разоблачитель.

- Сдайте пистолет лекпому, а вы, товарищ лекпом, сдайте винтовку и патроны бойцу. У кого перед трудным походом ко мне будут вопросы? - спросил петр романович.

- У меня, товарищ командир, - отозвался один из строя, боец панин.

- Что у вас, товарищ панин?

- товарищ командир, - пожаловался боец, - сапоги маловаты, жмут немилосердно, все ноги стер.

Петр романович на мгновение задумался: как в таких условиях помочь бойцу.

- Пусть обменяется сапогами со "щсголем", что в комсоставском обмундировании, - послышались возгласы из строя.

- Товарищ боец, - снова он обратился к "щеголю", - обменяйтесь сапогами, выручите человека.

- Это приказ? - с ненавистью спросил "щсголь". - Не имеете права...

- Да, приказ! - перебил его петр романович. - Выполняйте!

- вы мстите мне за...

- Выполняйте приказание! - гаркнул петр романович и снял с плеча винтовку. "Щсголь" нехотя опустился на землю.

- Помочь? - вызвались два добровольца. Они ловко стащили со "щсголя" большие сапоги и натянули на него маленькие. В строю послышался смешок. Ободренные шутники с низким поклоном провели перед строем под ручки "щсголя".

- Как обновочка? не жмет? не скрипит? - под общий смех потешались они.

Петр романович взмахом руки дал знать, чтоб замолчали. Воцарилась тишина.

- Товарищи, - заговорил он, - в разведку впереди колонны пойду я, кто еще добровольно пойдет со мною?

- я пойду. Боец евсютин, - выходя из строя, согласился один из шутников.

- Хорошо, товарищ евсютин, пойдемте со мной.

Внезапно из-за кустов с сумкой за плечами вынырнул иван.

Поспешность в движениях и тревога на лице командира насторожили бойцов.

- Товарищи, - заговорил он, - в деревне, всего лишь в полукилометре от нас, сосредотачивается около роты немцев, вооруженных бронемашинами, пулеметами. Если фашисты задумают прочесывать лес, мы окажемся в ловушке. Надо немедленно уходить.

Дозорных назначили? - обратился к петру романовичу.

- В дозор иду я и боец евсютин.

- Вы? - удивился иван, но, немного подумав, согласился. - Кто охраняет правый фланг?

- еще не назначил.

- Назначайте. Идти будем вольно, курить, разговаривать, смеяться запрещаю. Если фашисты нас обнаружат, конец. Лекпом или кто из медиков есть?

- есть, - вышел из строя лекпом с пристегнутой выше пупа кобурой.

Невольная улыбка озарила мрачные лица бойцов. Иван тоже ухмыльнулся, но тут же напустил строгость командира и передал сумку с медикаментами.

Ощутив тяжесть сумки, лекпом трагически спросил:

- что вы мне даете? тут кирпич, а не медикаменты?

- там сало, хлеб и медикаменты, - пояснил иван полушепотом.

- Ах вон оно что? ну, с такой ношей можно пострадать! - согласился лекпом.

Глядя на его долговязую фигуру с кобурой и увесистым мешком на спине, иван не выдержал и улыбнулся. Ответно улыбнулись бойцы в строю.

- Разведка и охрана, занять свои места! взвод шагом марш!

двинулись все, как один. Двинулись решительно и целеустремленно. Нависшая опасность, точно обручем, сковала разрозненных людей в единую, сплоченную боевую единицу.