История великой отечественной войны, закрепленная в нашей памяти школьными уроками, сильно идеологизирована. Цель нынешних историков -- воссоздать более или менее верную картину происшедшего и отразить ее в новых учебниках. Ведь в жертву советской исторической концепции принесены целые эпизоды военных действий: они были либо вовсе исключены из рассмотрения, либо искажены до полной неузнаваемости.

Об одном из таких эпизодов, связанных с одиозной фигурой генерала андрея власова, рассказывает кандидат исторических наук борис гаврилов, старший научный сотрудник центра военной истории института российской истории ран.

Пытаясь пробиться через "долину смерти" к ленинграду, измученные голодом бойцы советской второй ударной армии захватили немецкие блиндажи -- и обнаружили там хлеб выпечки 1938 года, герметически упакованный в целлофан. Его было достаточно лишь смочить водой и разогреть. В советских частях во время тех же боев дневной рацион на человека сократился до одного сухаря. Бойцы дрались из-за убитых лошадей, выкопанных из-под снега. Там же, в блиндажах, была минеральная вода в бутылках производства франции. А наши, чтобы попить, топили снег, пропитанный трупной жидкостью...

Преступные планы.

В начале 1942 года иосиф сталин находился в прекрасном настроении. Успехи советских войск под москвой создали у него ложное впечатление, будто немцы уже разбиты, и войну можно будет окончить уже к концу года. Верховный главнокомандующий решил развить контрнаступление и, конечно, первым делом велел освободить от блокады ленинград. Была разработана операция по разгрому немецких группировок под ленинградом. Главной действующей силой в этой операции должна была стать вторая ударная армия.

Перед началом операции сталин прислал маршалу кириллу мерецкову, командующему волховским фронтом, в состав которого входила вторая ударная, письмо от руки: "кирилл афанасьевич, дело, которое поручено вам, спасение ленинграда, -- дело величайшей важности. Я надеюсь, что ваше наступление не будет разменено на отдельные удары, а выльется в один крепкий удар по врагу, одним кулаком..."

Но кулака-то не было.

Волховский фронт, конечно, превосходил противника в живой силе -- в полтора раза. Но по правилам военной науки для прорыва укрепленной линии фронта требуется по крайней мере двух- трехкратное превосходство. Мало того. Волховский фронт был крайне слабо обеспечен материально. Почти не было радиостанций, остро не хватало и телефонного кабеля, и аппаратов, и самих связистов. В среднем фронт располагал 0,8 боекомплекта на бойца. Против целого воздушного флота нацистского генерал-полковника келлера мерецков мог выставить всего 16 истребителей. У приданных фронту 16-го и 18-го артполков из резерва главного командования снарядов почти не было.

Зато был приказ товарища сталина наступать любой ценой. Промедление было смерти подобно -- для мерецкова. Наступление -- для фронта в целом. Мерецков решил наступать.

Карьера генерала.

В двадцатых числах января вторая ударная армия вошла в коридор шириной 2-3 километра между двумя немецкими группировками. Наши солдаты назвали этот коридор "долиной смерти". Генерал власов появился во главе этой армии через два месяца, 20 марта. Мерецков просто сбагрил его туда. Он не зря опасался власова. Это был блестящий командарм.

Андрей андреевич власов, сын крестьянина-кустаря, церковного старосты, окончил духовное училище и два курса семинарии, затем учился в советской "единой трудовой школе" и поступил на первый курс агрономического факультета нижегородского госуниверситета. Но гражданского высшего образования власов получить не успел: его забрали в красную армию и отправили на командирские курсы. На врангелевском фронте он командовал взводом, остался в армии, в 1929 году окончил курсы комсостава "выстрел", вступил в 1930 году в вкп(б). В 1933-м окончил первый курс военной вечерней академии ркка, в 1938-м уже командовал дивизией. Его командировали в китай, к чан кай- ши. Там он пробыл год, чан кай-ши наградил его орденом золотого дракона, а жена власова получила в подарок золотые часы. (На границе таможенники из нквд отобрали и орден, и часы, и вообще все, что власовы купили в китае.)

Вернувшись, власов принял командование 99-й стрелковой дивизией, которая при нем стала лучшей в красной армии по всем видам боевой подготовки. В 1940 году власова наградили за это орденом ленина, высшим из советских орденов, он получил звание генерал-майора.

В этом звании он и встретил великую отечественную войну. Ему сровнялся 41 год. Сперва он командовал 4-м механизированным корпусом, неоднократно попадал в окружение, но всякий раз выходил. Затем власову было поручено командовать 37-й армией, оборонявшей киев. Эта армия тоже попала в окружение, но благодаря не в последнюю очередь смелым и решительным действиям командарма вышла из него, проскитавшись месяц по немецким тылам. Тогда власов остался верен присяге.

Выйдя из окружения, власов получил новое назначение -- командовать 20-й армией, отличился при обороне москвы, освободив клин и солнечногорск. По этому поводу илья эренбург брал у власова интервью. Власова наградили орденом красного знамени и пригласили на прием к сталину. Сталин отметил власова как генерала перспективного и, отозвав из действующей армии, повысил его в должности, назначив заместителем командующего волховским фронтом мерецкова.

Девятого марта власов прибыл в расположение штаба фронта.

Роста власов был высокого -- метр девяносто. Солдаты его любили. Сам был очень самолюбив, вспыльчив, груб. Он часто говорил солдатам: "выстоим! верность нам поможет!" приемом у сталина гордился, евреев не любил, говорил, что евреи оккупировали военторг и когда начнется война, евреи будут писать статьи о войне, а погибать должны русские. Комиссаров не любил тоже.

Гусятина.

Двадцать девятого марта началось таяние снега -- дороги стали непроезжими, и бойцы на себе за двадцать-тридцать километров таскали боеприпасы и продукты. Впрочем, уже тогда начали выводить наиболее жизнеспособные части: начали с лошадей - - их надо кормить, им нужен отдых, их нужно защищать от посягательств оголодавших людей.

В апреле для вывода людей и вывоза техники построили, стоя по пояс, а то и по горло в воде, узкоколейку на сваях. По ней начали было ходить паровозики, но их быстро разбомбили немцы. Тогда вагончики под огнем противника стали толкать сами солдаты. Называлось это "пердячий пар".

Ширина коридора составляла тогда полтора-два километра. Помощь с воздуха почти не доходила -- местные леса до сих пор усеяны обломками наших самолетов по-2 и ли-2. Немецкие "мессершмитты" били их как мух. Если же самолет прорывался, то сброшенный груз нередко тонул в болоте. Даже на сухих местах вода выступала на 30 сантиметров -- окопа не отроешь. На болотах стали строить "верховые блиндажи". В них можно было только лежать -- они были сделаны на плотах.

Бойцы голодали. Лакомством считались еж или змея. Спасались тем, что начали вытаивать лошади корпуса гусева, убитые зимой. Бойцы эту пищу называли "гусятиной". Кусок лошадиной ноги с копытом стоил 300 рублей. (В тылу буханка хлеба стоила 100 рублей.) Из-за куска мяса возникали драки с применением оружия. Лошадиную шкуру сначала жарили, потом стали делать студень.

У генерала власова, командовавшего окруженной армией, долго сохранялась корова, и каждое утро солдат-дояр подавал к столу генерала масла и свежей сметаны. Однажды корову убило бомбой. Охрана штаба моментально корову растащила и тут же сделала из нее суп.

Тридцатого апреля, во время очередного мощного наступления немцев на коридор, вторая ударная армия наконец получила приказ: прекратить наступательные действия и занять жесткую оборону. Немцы подтянули еще пять свежих дивизий. У нас резервов не было, зато на волховский фронт приехал джаз-оркестр утесова. Первого мая он выступал на плацдарме.

Утром 25 июня коридор закрылся навсегда. Накануне закончился последний прорыв. Ветераны рассказывают, что часть раненых перед прорывом из окружения уничтожили особисты. Убивали их из ручного пулемета. Потом машины, на которые они были погружены, взорвали. Такие случаи в войну были не редкостью. "Катюшников" особисты убили первыми -- за то, что воевали секретным оружием.

Было невозможно уничтожить всех раненых -- в одном армейском госпитале их было 12 тысяч. Их добили немцы. А ведь помимо госпиталей было довольно много раненых в блиндажах -- они медленно умирали от голода, холода и комаров. Потом еще постарались польские части, работавшие у немцев: они обливали наших раненых керосином и поджигали. Керосин они выменивали на хлеб у местных жителей. Так они мстили за тридцать девятый год и за катынский расстрел. Общее число наших солдат, погибших в этом окружении, -- около 156 с лишним тысяч человек.

Предатель.

Двадцать четвертого июня власов приказал всем отделам штаба соединиться и выходить. С собой он оставил своих заместителей, военный совет, особый отдел, начальника связи, начальника штаба армии -- всего около 120 человек. В ночь на 25 июня они двинулись к штабу 46-й стрелковой дивизии, чтобы вместе с ними идти на прорыв. Но колонна власова напоролась на немецкие доты. Противник накрыл их пулеметным и артиллерийским огнем. Власова легко ранило в ногу. Военный совет во главе с командармом и большинство офицеров укрылись в большой воронке. Рота автоматчиков ушла искать проход и не вернулась. У власова случился шок -- он потерял ориентацию во времени и пространстве.

Власов честно выполнял свой долг. Перечень лиц, которых он взял с собой, свидетельствует о его стремлении до последнего момента сохранить управление остатками армии.

Пока власов был в прострации, командование на себя взял полковник виноградов. Поредевшая колонна пошла на север, надеясь встретить партизан и с ними выйти из окружения. В одном месте нарвались на немцев и понесли потери. В другом месте сунулись было в деревню, но там тоже были немцы.

Через три дня власов пришел в себя и принял командование. Отряд был поделен на мелкие группы. Власов взял с собой солдата котова, шофера погибко и шеф-повара столовой военного совета армии воронову. Путь группы был недолгим: 12 июля они встретили в лесу немцев, котова в бою ранили, группа ушла от немцев в болото. Потом котов и погибко отправились в одну деревню, а власов и воронова -- в другую. Судьба котова и погибко неизвестна, а власов и воронова, зайдя в деревню, попросили поесть, заявили, что они беженцы.

Местные полицаи заперли их в сарае. Утром 13 июля в деревню пришел немецкий патруль. Немцы искали власова. Выведя "беженцев" из сарая, они сличили его с фотографией из газеты "правда" 1940 года -- и поразились сходству.

Так начался путь предателя. В штабе немецкой группы армий "север" власов по собственному почину рассказал все, что он знал о волховском фронте в частности и красной армии вообще. Власов мог бы остаться в концлагере до конца войны, как другие пленные генералы, ему ничего не угрожало. Но, проведя некоторое время в лагере для военнопленных, власов вместе с бывшим командиром 41- й стрелковой дивизии западного фронта баерским подготовил меморандум -- предложил создать центр по формированию добровольческих частей для борьбы с большевизмом. Десятого августа его отправили в берлин, поселили в особнячке. Там он подписал листовку, призывавшую красноармейцев переходить на сторону германских войск. Потом встречался с пленными советскими генералами. Генералы сотрудничать с ним отказались.

Борец с большевизмом.

Осенью в газете "правда", которую немцы издавали в пскове и которая ничем, кроме содержания, не отличалась от советского издания под тем же названием, власов опубликовал большой рассказ "почему я порвал с большевизмом". Этой публикацией генерал- изменник начал работу по консолидации всех антибольшевистских сил. Но вскоре лишился поддержки немцев.

На беду власов в мае 1943 года посетил штаб группы армий "север" и заявил на банкете, что если ему дадут две ударных дивизии, то он возьмет ленинград без помощи вермахта. Немцы страшно обиделись. Власова отстранили от всяких политических выступлений, дабы он не подрывал авторитет вермахта.

Антибольшевистская работа власова завершилась 14 ноября 1944 года первым заседанием комитета освобождения народов россии под его председательством. Заседание прошло в праге.

Тогда же власов, наученный горьким опытом, осторожно предложил гиммлеру, командующему резервной армией германии, сформировать десять дивизий советских военнопленных. Гиммлер был поражен оптимизмом генерала и предложил власову попробовать собрать хотя бы пять. Удалось же сформировать всего одну. Вторая так и осталась в стадии формирования. Но даже эта единственная дивизия русской освободительной армии состояла из частей, и без того находившихся в распоряжении немцев. Из второй ударной армии кроме власова в дивизию роа вошли только два-три человека бывшего комсостава. Но в россию ее так и не послали. (На советском фронте "власовцами" называли вообще всех изменников. К 600-й дивизии они не имели отношения.)

Сформированные власовым батальоны отправили во францию. Они сдерживали союзников на атлантическом вале и в нормандии. Когда в мае 1945 года власов попытался уйти к американцам и послал к ним своего эмиссара, эйзенхауэр сказал ему: "а что же вы говорите, что воевали только с большевиками, а кто же действовал против нас во франции, немцы что ли?" не принял власова и великий князь кирилл владимирович, сказавший, что не хочет иметь дела с изменником родины.

Власов запил, а полковник сергей буняченко, ставший у немцев генерал-майором и командовавший 600-й дивизией, перестал подчиняться немцам и повел свои войска в альпы, надеясь там отсидеться до прихода американцев. Пятого мая в праге вспыхнуло восстание. Власовцы были недалеко. Они установили связь с восставшими и вошли в прагу. За два дня они освободили от немцев почти весь город, захватили ключевые позиции, взяли массу пленных и предъявили правителю чехии и моравии ультиматум о капитуляции. Но тут выяснилось, что к праге идут не американские, а советские войска. Власовцы оставили прагу и ушли в горы. Девятого мая красная армия освободила город вторично. А 12 мая был пойман сам власов.

Трудно судить о причинах, побудивших его к предательству, тем более что оно не было необходимым для сохранения жизни. Скорее всего, власов оказался обычным карьеристом.

Имя власова стало синонимом предательства. Обидней всего то, что сталинская пропаганда навесила ярлык "власовская" на всю несчастную и героическую вторую ударную армию.